О школе

Как становятся художником? Зачем становиться художником? Что сегодня является искусством и какую роль оно играет в обществе?

 

 

Мы не уверены, что готовы дать готовые ответы на эти и другие неотложные вопросы, поэтому мы и открыли школу; чтобы повстречаться с молодым поколением и попытаться вместе понять, что происходит с искусством и субъективностью художника в нашей российской ситуации.

Чего мы ждем от художественной школы?

В первую очередь, мы не питаем иллюзий насчет той убогой ситуации в которой находится современное искусство сегодня, и меньше всего хотели бы примириться с этой свободной игрой мало кого волнующих «различий», за которыми происходит уход от принятия какой-либо ответственности и позиции. Нам бы хотелось пойти наперекор текущему ходу вещей и продолжать настаивать, что искусство сущностно важно для становления человека. Искусство это всегда жест отрицания и призыв к миру стать другим. Именно это и способно определять позицию искусства в обществе. Искусство, как и философия, всегда было и до сих пор остается тем самым легитимным местом, где  разыгрывается спор о том, что есть истина. Но в чем состоит эта роль сегодня, когда любые разговоры об истине считаются подозрительной темой для маргиналов? А все границы между искусством и жизнью, искусством и медиа, искусством и общественными науками, искусством и активизмом уже настолько стерлись, что у нас отпало всякое желание и возможность заново попытаться переопределить, что такое искусство?

Каким знанием необходимо обладать, чтобы стать художником? Как это знание можно оценить? Кто выносит суждение, что вот это — хорошее, а это — плохое искусство?

Мы довольно скептично относимся к процессу «академизации» художественного образования, происходящему в западных продвинутых академиях (может быть, как раз потому, что мы, художники-инициаторы школы, никогда не проходили через пресс академического образования). И, как все самоучки, мы разделяем аксиому, что искусству невозможно научить, что его можно только практиковать. Поэтому мы хотели бы скромно продолжить старую добрую традицию, когда художники одного поколения стараются разделить со следующим поколением свою веру в искусство и его силу, свои сомнения и надежды, свои страхи и страсть.

 

Напомним о множестве подобных инициатив в XX веке, выделив лишь несколько: УНОВИС в Витебске в 1920-е годы, Баухаус, Black Mountain College в 1930—1950-е в США, неофициальные кружки вокруг ряда фигур диссидентского искусства в позднем СССР. Некоторые из них оставили заметный след в истории, другие — почти невидимый. Даже самые серьезные образовательные инициативы часто становились источником перемен лишь среди довольно узкого круга людей, но их присутствие позволяло хранить надежду и в самые темные времена.

 

Мы считаем, что искусство может и должно соотноситься со всеми болезненными процессами трансформации общества; что сегодня важно практиковать искусство, которое не прячется в безопасном гетто институций и учебных курсов. Нам интересно искусство, порвавшее с формалистским подходом к политическим и социальным вопросам; искусство, способное обращаться к широкой аудитории (но при этом — затрагивая каждого лично), а не к узкой группе профессионалов, погруженных в тонкости языка и контекста. Чтобы добиться этого, мы должны аккумулировать знания из самых различных дисциплин и использовать их наиболее неортодоксальным образом.

Особенность нашей Школы в том, что она открыто декларирует верность левой традиции модернистского и авангардного искусства и, в то же время стремится избежать догматического подхода к политике. Мы хотим экспериментировать с коллективными практиками равенства и освобождения, которые живы, несмотря на все ловушки гнетущей политической ситуации. Для этого важно продемонстрировать жизнеспособную альтернативу частным интересам олигархов и корпораций, бессмысленной машине массовых развлечений. Искусство, как и подлинная политика, — это общее дело. Десятилетняя активность коллектива «Что Делать» и позиция Фонда Розы Люксембург – институции, поддержавшей наше начинание, всегда исходили из этих предпосылок; настало время утвердить их в образовательных практиках.

 

Важнейшим компонентом нашей школы является идея коллективных практик. Нам важно выработать различные модели коллективного творчества. Мы убеждены, что возникающее таким образом сообщество обучающихся — это не место нейтрального, не вовлеченного  абстрактного знания, именно поэтому наша образовательная инициатива и называется Школой вовлеченного искусства. И это требует от всех ее участников занять свою позицию в мире, где основные линии противостояния формируются в процессе выработки той или иной политической и, связанной с ней, эстетической тенденции.

 

Школа/The School — Making of (2013-2015) from chto delat on Vimeo.